В. Высоцкий
Sat, 25 Jul 2026 07:40:27 +0300
46 лет назад нас покинул замечательный поэт, музыкант, актер Владимир Высоцкий. Вспомним же о его творчестве. Кому какая песня больше нравится, или стихотворение. Вот, кстати , его последнее.
И снизу лёд и сверху — маюсь между, —
Пробить ли верх иль пробуравить низ?
Конечно — всплыть и не терять надежду,
А там — за дело в ожиданье виз.
Лёд надо мною, надломись и тресни!
Я весь в поту, как пахарь от сохи.
Вернусь к тебе, как корабли из песни,
Всё помня, даже старые стихи.
Мне меньше полувека — сорок с лишним, —
Я жив, тобой и Господом храним.
Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть чем оправдаться перед Ним.
[next]
Sat, 25 Jul 2026 07:40:27 +0300
46 лет назад нас покинул замечательный поэт, музыкант, актер Владимир Высоцкий. Вспомним же о его творчестве. Кому какая песня больше нравится, или стихотворение. Вот, кстати , его последнее.
И снизу лёд и сверху — маюсь между, —
Пробить ли верх иль пробуравить низ?
Конечно — всплыть и не терять надежду,
А там — за дело в ожиданье виз.
Лёд надо мною, надломись и тресни!
Я весь в поту, как пахарь от сохи.
Вернусь к тебе, как корабли из песни,
Всё помня, даже старые стихи.
Мне меньше полувека — сорок с лишним, —
Я жив, тобой и Господом храним.
Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть чем оправдаться перед Ним.
[next]
Вот за это некоторых сотрудников и не любят
Sat, 25 Jul 2026 08:31:23 +0300
Только не надо "ля-ля", что видео старое и сейчас такого уже нет.
Sat, 25 Jul 2026 08:31:23 +0300
Только не надо "ля-ля", что видео старое и сейчас такого уже нет.
Мужик, у тебя железные нервы. Дай бог тебе крепкого здоровья
Sat, 25 Jul 2026 07:51:00 +0300
У меня вопрос, какой магний он пьёт? Вот серьёзно нервы стальные, молодец ?
Sat, 25 Jul 2026 07:51:00 +0300
У меня вопрос, какой магний он пьёт? Вот серьёзно нервы стальные, молодец ?
Ну вот, чтобы на осьминога камеру надеть, я такого-то не припомню?
Sat, 25 Jul 2026 07:25:43 +0300
Сначала подумал ИИ, но оказалось что нет?.
Sat, 25 Jul 2026 07:25:43 +0300
Сначала подумал ИИ, но оказалось что нет?.
Дядя Юра из Калининграда стал звездой социальных сетей и лучшим работником этого месяца
Fri, 24 Jul 2026 14:42:41 +0300
Бурные эмоции у опытного моряка вызвали его коллеги, которые долго стыковали судно из-за сложных погодных условий.
На видео накладывают разные музыкальные композиции таким образом, что создается ощущение, что дядя Юра поет в микрофон и выступает на своей сцене.
В его «репертуаре» уже много песен благодаря пользователям, которые каждый раз предлагают наложить новое произведение на ролик.
По губам можно прочитать: «Коллеги, я глубоко озадачен, что работа не выполнена в срок»
Fri, 24 Jul 2026 14:42:41 +0300
Бурные эмоции у опытного моряка вызвали его коллеги, которые долго стыковали судно из-за сложных погодных условий.
На видео накладывают разные музыкальные композиции таким образом, что создается ощущение, что дядя Юра поет в микрофон и выступает на своей сцене.
В его «репертуаре» уже много песен благодаря пользователям, которые каждый раз предлагают наложить новое произведение на ролик.
По губам можно прочитать: «Коллеги, я глубоко озадачен, что работа не выполнена в срок»
Из мира робототехники:
Fri, 24 Jul 2026 16:20:10 +0300
Теперь скрыться от робособаки Unitree не получится — новая модель Super Athlete AS2-W может бежать за человеком 30 км по любой местности...
Галя, нам пизда. Нам пизда, Галя.
Мы в дерьме
Fri, 24 Jul 2026 16:20:10 +0300
Теперь скрыться от робособаки Unitree не получится — новая модель Super Athlete AS2-W может бежать за человеком 30 км по любой местности...
Галя, нам пизда. Нам пизда, Галя.
Мы в дерьме
Борьба с самокатчиками
Fri, 24 Jul 2026 16:20:41 +0300
После того, как 2 несовершеннолетние профурсетки, летящие по тротуару на 1 электросамокате, сбили идущего рядом со мной мужчину, я стал заклятым врагом этого вида транспорта. Раньше просто терпел, хотя ими и не пользовался. Недавно решил испробовать все возможные способы законных воздействий на неадекватных самокатчиков. Результат получился следующий:
- Вариант подачи жалоб в ГИБДД, или в другие органы власти.
Абсолютно бесполезен, там ответ один: если собьют (желательно насмерть), тогда и обращайтесь, накажем.
- Вариант подачи жалоб на самокатчиков непосредственно в кикшеринговые компании.
Как говорится, пусть один твой враг загрызёт другого твоего врага. Тут уже получилось поинтереснее. Проштудировав все возможные способы подачи жалобы в кикшеринг, оказалось, что есть вот такие варианты:
1. Yandex Go.
- подача жалобы через приложение кикшеринга. В разделе «Поддержка» есть ссылка на форму, расположенную в браузере. В течение 3 недель ежедневно отправлял жалобы на самокатчиков с приложением всей необходимой информации. Обратной реакции – никакой! Такое ощущение, что они создали форму для успокоения общественности, а не для реального наказания нарушителей.
2. Whoosh.
- подача жалобы по тому же принципу, как у Yandex Go, через приложение ссылка на форму в браузере. В принципе та же ситуация получилась. Ответной реакции – ноль. Указано, что «принято в работу» и всё! Потёмкинские деревни для наивной лоховатой общественности.
3. Юрент.
- подача жалобы через бот в Максе «Соблюдаем ПДД с Юрент». Тут ситуация получилась совершенно иная. Отработано было каждое (!) моё сообщение. Ответ пришел, что пользователь оштрафован на каждую (!) мою жалобу. Респект и уважением, в общем.
Также попробовал отправлять жалобы через широко разрекламированный в новостях бот Макса «Самокаты: общественный контроль». Тоже как-то всё невнятно. Ответов от том, что нарушитель наказан не приходит, хотя вроде что-то и сообщают на мои жалобы время от времени.
По времени эксперимент занял примерно 3 недели (Москва). Отправлял минимум 5 жалоб ежедневно, нарушителей было более чем достаточно.
ИТОГ получился следующий: кроме ЮРЕНТА, остальные кикшеринги только создают видимость в общественном контроле нарушителей. ЮРЕНТ – молодцы! Конечно, при условии, что они реально оштрафовали нарушителей, а не насвистели. Так что аккуратнее ходите на улице, самокатчики вас так просто в покое не оставят.
Fri, 24 Jul 2026 16:20:41 +0300
После того, как 2 несовершеннолетние профурсетки, летящие по тротуару на 1 электросамокате, сбили идущего рядом со мной мужчину, я стал заклятым врагом этого вида транспорта. Раньше просто терпел, хотя ими и не пользовался. Недавно решил испробовать все возможные способы законных воздействий на неадекватных самокатчиков. Результат получился следующий:
- Вариант подачи жалоб в ГИБДД, или в другие органы власти.
Абсолютно бесполезен, там ответ один: если собьют (желательно насмерть), тогда и обращайтесь, накажем.
- Вариант подачи жалоб на самокатчиков непосредственно в кикшеринговые компании.
Как говорится, пусть один твой враг загрызёт другого твоего врага. Тут уже получилось поинтереснее. Проштудировав все возможные способы подачи жалобы в кикшеринг, оказалось, что есть вот такие варианты:
1. Yandex Go.
- подача жалобы через приложение кикшеринга. В разделе «Поддержка» есть ссылка на форму, расположенную в браузере. В течение 3 недель ежедневно отправлял жалобы на самокатчиков с приложением всей необходимой информации. Обратной реакции – никакой! Такое ощущение, что они создали форму для успокоения общественности, а не для реального наказания нарушителей.
2. Whoosh.
- подача жалобы по тому же принципу, как у Yandex Go, через приложение ссылка на форму в браузере. В принципе та же ситуация получилась. Ответной реакции – ноль. Указано, что «принято в работу» и всё! Потёмкинские деревни для наивной лоховатой общественности.
3. Юрент.
- подача жалобы через бот в Максе «Соблюдаем ПДД с Юрент». Тут ситуация получилась совершенно иная. Отработано было каждое (!) моё сообщение. Ответ пришел, что пользователь оштрафован на каждую (!) мою жалобу. Респект и уважением, в общем.
Также попробовал отправлять жалобы через широко разрекламированный в новостях бот Макса «Самокаты: общественный контроль». Тоже как-то всё невнятно. Ответов от том, что нарушитель наказан не приходит, хотя вроде что-то и сообщают на мои жалобы время от времени.
По времени эксперимент занял примерно 3 недели (Москва). Отправлял минимум 5 жалоб ежедневно, нарушителей было более чем достаточно.
ИТОГ получился следующий: кроме ЮРЕНТА, остальные кикшеринги только создают видимость в общественном контроле нарушителей. ЮРЕНТ – молодцы! Конечно, при условии, что они реально оштрафовали нарушителей, а не насвистели. Так что аккуратнее ходите на улице, самокатчики вас так просто в покое не оставят.
"В 1981 году моя зарплата в БДТ была 132 рубля.
120 — оклад и 12 рублей — академических (за то, что работал в академическом театре)
Fri, 24 Jul 2026 16:20:15 +0300
За вычетом подоходного и алиментов чистыми выходило 70 с хвостиком. Не пошикуешь… Накануне Нового года наш местком оповестил всех, что можно сдавать подарки для детей, а театральный Дед Мороз развезет их по домам и вручит детям такого-то числа. Выделили машину, назначили Снегурочку, а Деда Мороза искали среди поющих.
И выбор пал на меня! На следующий день в кассе можно было получить 80 рублей! Такими деньгами обычно премировали за главную роль! Поскольку главные роли мне не светили, я был счастлив от этой своевременной халтуры.
Я подошел к вопросу ответственно. В театральной библиотеке я обложился сценариями утренников, методическими пособиями и сборниками стихов для детей.
Мой сосед по гримерке Валерка, который несколько лет подряд был месткомовским Дедом Морозом, напутствовал меня:
— Знаешь, что главное у Деда Мороза?
— Подарки? — сдаю я экзамен.
— Нет.
— Борода-усы-посох?
— Нет.
— А что?
— Печень!
Валерку разжаловали за то, что на прошлогодних поздравлялках он сломался на последнем ребенке. Он приехал к нему после восьми часов разъездов по детям. Естественно, уже совсем тепленький. Там же поздравления идут взаимные. Везде наливали. А этот малый все время оттягивал Валеркину бороду на резинке и отпускал ее. Борода больно «стреляла» по щеке. Рядом еще стояла сестренка этого пацана и громко читала стихи о дружбе. И когда Миша (так звали ребенка) в очередной раз потянул на себя бороду, Валерик сказал:
— Так! Ты, девочка, продолжай читать стихи… а тебя, мальчик, я счас урою на х…!! — и погнался на нетвердых ногах за Мишей, стараясь достать его своим посохом.
Фамилия мальчика была Розенцвейг. На следующий день Валерику выдали всего 20 рублей и обвинили в антисемитизме.
Я решил для себя, что:
1) Нужно поверить, что я и есть на самом деле Дед Мороз. Дети доверчивы, но очень чувствуют фальшь. Вратьнужно по-честному!
2) Нужно изменить голос и сделать его этаким «сказочным» и все время вкраплять стишки и всякие необычные старинные слова типа — ядреный мороз, ярило, булат, гой еси, егоза, касатик и всякие другие. В общем, нужно удивить.
3) Не снимать варежки, чтобы не гримировать руки.
И наконец, четвертое и самое главное — не пить!
Снегурочкой у нас была Марина. Симпатичная женщина, но когда она сама себе сделала грим моей внучки… ну, как бы это сказать? Хоть святых выноси! Заядлая курильщица, она еще и разговаривала высоким (типа — детским) голосом, когда примеряла на себя образ. Короче — Гоголь, «Вий»!
30 декабря загрузили подарки в наш театральный «рафик», и мы поехали по адресам. Минут через пять, на углу Невского и Марата, Марина попросила водителя остановиться. Чувствую, она хочет мне что-то сказать, но мнется, не решается. Водитель Коля заерзал:
— Ну, мы скоро поедем-то? Четырнадцать адресов!
Маринка закурила.
— Сейчас, Колюня. Сейчас поедете.
Я говорю:
— Марина, я не понял, что значит «поедете»? А ты?!
— Юронька, в общем, так. Я же с моим дебилом полгода назад развелась. Сегодня он обещал с Машкой посидеть и не пришел, тварь! Сейчас она с соседкой, но только до двенадцати. Ох… И деньги мне нужны, и домой надо, Юронька…
Коля говорит:
— Я ничего не слышал. Я — никому! Я сам разведенный…
Марина посмотрела на меня, а в глазах ее читалось: «Вот ты же, Юра, тоже развелся, своих детей бросил, а чужих едешь поздравлять. Какое уж тут сочувствие…»
— Езжай домой, Мариша! — говорю.
— А родители спросят: «Где Снегурочка?»
— А я скажу, что мы разделились, иначе не успеть по всем адресам.
И Коля буркнул:
— Я ничего не слышал… У меня у самого там…
Марина достала из сумки курточку, надела поверх сарафана, поцеловала меня, погладила Колю по плечу, вышла из машины и побежала в сторону метро. А мы покатили.
В автобусе пахло мандаринами, орехами и новыми игрушками. Приезжаем по первому адресу. Беру подписанный подарок, кладу в мешок. Напяливаю на себя парик, бороду, приклеиваю сандарачным клеем усы. Пошел.
Звоню в дверь. Все древнерусские слова забыл сразу. Но помню, что мальчика зовут Дмитрий Исаев. Дверь открыла наша костюмерша Юлечка и запричитала нараспев:
— Ой! А кто же это к нам приехал?! А сани Дедушка Мороз у парадной оставил? Осторожно, Дедушка, не заморозь Димочку! — и вдруг мне, шепотом, очень по-деловому: — Юра, извини, он в туалете заперся.
Подходим к туалету. Юля молча показывает мне на дверь, и дальше мы с ней без слов, только жестами и мимикой изъясняемся, но перевести можно так:
— И что делать?
— Начинай!
— Как?
— Так. Пой, общайся. Он все равно не выйдет. Бесполезно!
И я вместо того, чтобы сбацать что-нибудь по теме, вдруг говорю:
— Вот, Дима… а если папа придет и тоже в туалет захочет, что будем делать?
Из туалета ответили:
— Не придет!
Юля посмотрела на меня как на больного и покрутила пальцем у виска. Господи! Как же я мог забыть, что у Юли внебрачный сын от Владислава Игнатьевича Стржельчика!
В театре на эту тему вообще было наложено табу, но что-то у меня не связалось, не срослось в голове. Я без разрешения машинально закурил. Жестами извинился перед Юлей. Она держала в руке пепельницу передо мной, а я сменил тему:
— Димочка! Если тебе там удобно, ты не выходи! Но мне же нужно тебе подарки вручить от мамы и…
Юля с мольбой посмотрела на меня.
— …и от Дедушки Мороза! — выдохнул я. — Но подарки нужно заслужить. Что ты можешь сделать? Спеть, прочитать стишок, станцевать?
— Танцевать не буду. Здесь места мало, — отозвался
Дима, — могу сыграть.
— На чем, Димочка?!
— На скрипке.
— А ты там со скрипкой?!
Юля утвердительно кивнула, как будто речь шла о чем-то, само собой разумеющемся.
— Ну давай, дружочек, — сказал я.
За дверью послышалась возня, звук клацающих футлярных замочков, свист канифоли по смычку, а потом очень громкое:
— Вивальди. Концерт соль мажор, первая часть. Исполняет Дмитрий Исаев.
Играл Дима не формально, не делал одолжения, а Юля в такт покачивала головой, как будто ее сын сдавал экзамен и был на сцене, а не в сортире!..
Дима Исаев, дорогой, ты помнишь этот концерт? Ты, снявшийся в пятидесяти фильмах и сериалах, ты гордишься своим папой, так некстати помянутым мною в тот день? Он был великим артистом, Дима! Об этом знают все. О том, каким он был отцом, знаешь только ты. Это ваше семейное дело.
Не мне судить. Кому-кому, а уж не мне — это точно! А ты помнишь этого несчастного Деда Мороза?! Это был я, Дима.
Я возвращаю тебе это воспоминание…
Поехали мы дальше. Поздравлять… Водитель Коля ходил со мной, его все наши знали. Он проскальзывал в дверь после меня и перекусывал на кухне, пока я развлекал детей.
После четвертого визита Коля сказал:
— Ты завязывай все время спрашивать — «где папа?», «где папа?». Ты же видишь, каждый второй без папы. Как на войне, прости господи!
И я перестал задавать детям этот опасный вопрос и бодро спросил одну девочку — где мама? И она мне спокойно ответила, деловито перебирая подарки, подготовленные бабушкой:
— А мама повесилась.
Оказалось, что это дочка нашей реквизиторши, которая действительно наложила на себя руки полгода назад.
А меня вот не предупредили.
Вымотанные, уставшие и трезвые, мы торопились, чтобы успеть к шести часам в наш подшефный детский дом. Я там никогда не был раньше. Коля взял огромный мешок с подарками и сказал:
— Я тебе помогу, а ты сразу начинай — с порога играй.
Они там всегда готовятся, волнуются и все такое.
Вошли. Одна из воспитательниц бодро заиграла на аккордеоне «Елочку», и я под музыку начал выдавать все свои новогодние заготовки. А дети совсем маленькие, ну совсем.
Ну годика по три-четыре максимум. И я понял, что надо как-то попроще. И вообще, неплохо бы мне представиться, а то я их сразу стихами озадачил. «А они вообще говорить-то уже умеют?» — подумал я и громко, раскатистым баском спросил:
— Дети, а вы знаете, кто я?
— Знаем! — раздалось в ответ.
— А кто я?
И они громко, все, почти хором ответили:
«ПАПА!» — и побежали ко мне…
Коля вышел из детдома первым, закурил на ходу, сел в «рафик» и громко хлопнул дверью. А я проплакался на морозе, протер снегом лицо и вернулся к детям доигрывать свою роль. Роль Деда Мороза. Он же — Папа."
"Игра в городки" Юрий Стоянов.
Fri, 24 Jul 2026 16:20:15 +0300
За вычетом подоходного и алиментов чистыми выходило 70 с хвостиком. Не пошикуешь… Накануне Нового года наш местком оповестил всех, что можно сдавать подарки для детей, а театральный Дед Мороз развезет их по домам и вручит детям такого-то числа. Выделили машину, назначили Снегурочку, а Деда Мороза искали среди поющих.
И выбор пал на меня! На следующий день в кассе можно было получить 80 рублей! Такими деньгами обычно премировали за главную роль! Поскольку главные роли мне не светили, я был счастлив от этой своевременной халтуры.
Я подошел к вопросу ответственно. В театральной библиотеке я обложился сценариями утренников, методическими пособиями и сборниками стихов для детей.
Мой сосед по гримерке Валерка, который несколько лет подряд был месткомовским Дедом Морозом, напутствовал меня:
— Знаешь, что главное у Деда Мороза?
— Подарки? — сдаю я экзамен.
— Нет.
— Борода-усы-посох?
— Нет.
— А что?
— Печень!
Валерку разжаловали за то, что на прошлогодних поздравлялках он сломался на последнем ребенке. Он приехал к нему после восьми часов разъездов по детям. Естественно, уже совсем тепленький. Там же поздравления идут взаимные. Везде наливали. А этот малый все время оттягивал Валеркину бороду на резинке и отпускал ее. Борода больно «стреляла» по щеке. Рядом еще стояла сестренка этого пацана и громко читала стихи о дружбе. И когда Миша (так звали ребенка) в очередной раз потянул на себя бороду, Валерик сказал:
— Так! Ты, девочка, продолжай читать стихи… а тебя, мальчик, я счас урою на х…!! — и погнался на нетвердых ногах за Мишей, стараясь достать его своим посохом.
Фамилия мальчика была Розенцвейг. На следующий день Валерику выдали всего 20 рублей и обвинили в антисемитизме.
Я решил для себя, что:
1) Нужно поверить, что я и есть на самом деле Дед Мороз. Дети доверчивы, но очень чувствуют фальшь. Вратьнужно по-честному!
2) Нужно изменить голос и сделать его этаким «сказочным» и все время вкраплять стишки и всякие необычные старинные слова типа — ядреный мороз, ярило, булат, гой еси, егоза, касатик и всякие другие. В общем, нужно удивить.
3) Не снимать варежки, чтобы не гримировать руки.
И наконец, четвертое и самое главное — не пить!
Снегурочкой у нас была Марина. Симпатичная женщина, но когда она сама себе сделала грим моей внучки… ну, как бы это сказать? Хоть святых выноси! Заядлая курильщица, она еще и разговаривала высоким (типа — детским) голосом, когда примеряла на себя образ. Короче — Гоголь, «Вий»!
30 декабря загрузили подарки в наш театральный «рафик», и мы поехали по адресам. Минут через пять, на углу Невского и Марата, Марина попросила водителя остановиться. Чувствую, она хочет мне что-то сказать, но мнется, не решается. Водитель Коля заерзал:
— Ну, мы скоро поедем-то? Четырнадцать адресов!
Маринка закурила.
— Сейчас, Колюня. Сейчас поедете.
Я говорю:
— Марина, я не понял, что значит «поедете»? А ты?!
— Юронька, в общем, так. Я же с моим дебилом полгода назад развелась. Сегодня он обещал с Машкой посидеть и не пришел, тварь! Сейчас она с соседкой, но только до двенадцати. Ох… И деньги мне нужны, и домой надо, Юронька…
Коля говорит:
— Я ничего не слышал. Я — никому! Я сам разведенный…
Марина посмотрела на меня, а в глазах ее читалось: «Вот ты же, Юра, тоже развелся, своих детей бросил, а чужих едешь поздравлять. Какое уж тут сочувствие…»
— Езжай домой, Мариша! — говорю.
— А родители спросят: «Где Снегурочка?»
— А я скажу, что мы разделились, иначе не успеть по всем адресам.
И Коля буркнул:
— Я ничего не слышал… У меня у самого там…
Марина достала из сумки курточку, надела поверх сарафана, поцеловала меня, погладила Колю по плечу, вышла из машины и побежала в сторону метро. А мы покатили.
В автобусе пахло мандаринами, орехами и новыми игрушками. Приезжаем по первому адресу. Беру подписанный подарок, кладу в мешок. Напяливаю на себя парик, бороду, приклеиваю сандарачным клеем усы. Пошел.
Звоню в дверь. Все древнерусские слова забыл сразу. Но помню, что мальчика зовут Дмитрий Исаев. Дверь открыла наша костюмерша Юлечка и запричитала нараспев:
— Ой! А кто же это к нам приехал?! А сани Дедушка Мороз у парадной оставил? Осторожно, Дедушка, не заморозь Димочку! — и вдруг мне, шепотом, очень по-деловому: — Юра, извини, он в туалете заперся.
Подходим к туалету. Юля молча показывает мне на дверь, и дальше мы с ней без слов, только жестами и мимикой изъясняемся, но перевести можно так:
— И что делать?
— Начинай!
— Как?
— Так. Пой, общайся. Он все равно не выйдет. Бесполезно!
И я вместо того, чтобы сбацать что-нибудь по теме, вдруг говорю:
— Вот, Дима… а если папа придет и тоже в туалет захочет, что будем делать?
Из туалета ответили:
— Не придет!
Юля посмотрела на меня как на больного и покрутила пальцем у виска. Господи! Как же я мог забыть, что у Юли внебрачный сын от Владислава Игнатьевича Стржельчика!
В театре на эту тему вообще было наложено табу, но что-то у меня не связалось, не срослось в голове. Я без разрешения машинально закурил. Жестами извинился перед Юлей. Она держала в руке пепельницу передо мной, а я сменил тему:
— Димочка! Если тебе там удобно, ты не выходи! Но мне же нужно тебе подарки вручить от мамы и…
Юля с мольбой посмотрела на меня.
— …и от Дедушки Мороза! — выдохнул я. — Но подарки нужно заслужить. Что ты можешь сделать? Спеть, прочитать стишок, станцевать?
— Танцевать не буду. Здесь места мало, — отозвался
Дима, — могу сыграть.
— На чем, Димочка?!
— На скрипке.
— А ты там со скрипкой?!
Юля утвердительно кивнула, как будто речь шла о чем-то, само собой разумеющемся.
— Ну давай, дружочек, — сказал я.
За дверью послышалась возня, звук клацающих футлярных замочков, свист канифоли по смычку, а потом очень громкое:
— Вивальди. Концерт соль мажор, первая часть. Исполняет Дмитрий Исаев.
Играл Дима не формально, не делал одолжения, а Юля в такт покачивала головой, как будто ее сын сдавал экзамен и был на сцене, а не в сортире!..
Дима Исаев, дорогой, ты помнишь этот концерт? Ты, снявшийся в пятидесяти фильмах и сериалах, ты гордишься своим папой, так некстати помянутым мною в тот день? Он был великим артистом, Дима! Об этом знают все. О том, каким он был отцом, знаешь только ты. Это ваше семейное дело.
Не мне судить. Кому-кому, а уж не мне — это точно! А ты помнишь этого несчастного Деда Мороза?! Это был я, Дима.
Я возвращаю тебе это воспоминание…
Поехали мы дальше. Поздравлять… Водитель Коля ходил со мной, его все наши знали. Он проскальзывал в дверь после меня и перекусывал на кухне, пока я развлекал детей.
После четвертого визита Коля сказал:
— Ты завязывай все время спрашивать — «где папа?», «где папа?». Ты же видишь, каждый второй без папы. Как на войне, прости господи!
И я перестал задавать детям этот опасный вопрос и бодро спросил одну девочку — где мама? И она мне спокойно ответила, деловито перебирая подарки, подготовленные бабушкой:
— А мама повесилась.
Оказалось, что это дочка нашей реквизиторши, которая действительно наложила на себя руки полгода назад.
А меня вот не предупредили.
Вымотанные, уставшие и трезвые, мы торопились, чтобы успеть к шести часам в наш подшефный детский дом. Я там никогда не был раньше. Коля взял огромный мешок с подарками и сказал:
— Я тебе помогу, а ты сразу начинай — с порога играй.
Они там всегда готовятся, волнуются и все такое.
Вошли. Одна из воспитательниц бодро заиграла на аккордеоне «Елочку», и я под музыку начал выдавать все свои новогодние заготовки. А дети совсем маленькие, ну совсем.
Ну годика по три-четыре максимум. И я понял, что надо как-то попроще. И вообще, неплохо бы мне представиться, а то я их сразу стихами озадачил. «А они вообще говорить-то уже умеют?» — подумал я и громко, раскатистым баском спросил:
— Дети, а вы знаете, кто я?
— Знаем! — раздалось в ответ.
— А кто я?
И они громко, все, почти хором ответили:
«ПАПА!» — и побежали ко мне…
Коля вышел из детдома первым, закурил на ходу, сел в «рафик» и громко хлопнул дверью. А я проплакался на морозе, протер снегом лицо и вернулся к детям доигрывать свою роль. Роль Деда Мороза. Он же — Папа."
"Игра в городки" Юрий Стоянов.
Картинки для деградации 244 (разной степени свежести)
Thu, 23 Jul 2026 11:24:56 +0300
Всех категорически приветствую!
40 картинок как обычно
Поехали!
Thu, 23 Jul 2026 11:24:56 +0300
Всех категорически приветствую!
40 картинок как обычно
Поехали!
"Я просто хотел сделать массаж"
Thu, 23 Jul 2026 10:43:16 +0300
В поезде Самара — Москва мужчина начал лапать спящую пассажирку. Когда девушка проснулась и возмутилась, тот цинично заявил, что якобы хотел лишь сделать ей массаж.
Пострадавшую в истерике переселили в другое купе.
[next]
Thu, 23 Jul 2026 10:43:16 +0300
В поезде Самара — Москва мужчина начал лапать спящую пассажирку. Когда девушка проснулась и возмутилась, тот цинично заявил, что якобы хотел лишь сделать ей массаж.
Пострадавшую в истерике переселили в другое купе.
[next]
ЯПовец и девуля с тату
Thu, 23 Jul 2026 10:26:13 +0300
Мне кажется, читая темы про тату и негодования по их поводу, в реале это именно так и выглядит )))
Thu, 23 Jul 2026 10:26:13 +0300
Мне кажется, читая темы про тату и негодования по их поводу, в реале это именно так и выглядит )))
"Хочу замуж"
Thu, 23 Jul 2026 09:49:42 +0300
Дама, 41 уже 5 лет как одна и в поиске свободного, неженатого мужчины в диапазоне 35-55
Thu, 23 Jul 2026 09:49:42 +0300
Дама, 41 уже 5 лет как одна и в поиске свободного, неженатого мужчины в диапазоне 35-55
Тетеньки глубОкого удовлетворения - 83
Thu, 23 Jul 2026 10:53:16 +0300
С ними и коклеты вкусней и в постели веселей!
50 фото.
Thu, 23 Jul 2026 10:53:16 +0300
С ними и коклеты вкусней и в постели веселей!
50 фото.
Здарова, мужики !
Tue, 21 Jul 2026 19:04:09 +0300
Основано на реальных событиях.
Мой внук обожает смотреть на YouTube ролики про рептилоидов. Знаете, эти теории заговора о том, что миром правят пришельцы-ящеры, маскирующиеся под политиков. Внук смеется, считает это забавной фантастикой.
А я не смеюсь. Потому что я видел одного из них. И он не правил миром. Он плакал от страха, сидел на корточках у нашего костра и ел тушенку прямо из банки.
Был конец августа 1979 года. Мы с мужиками с нашего завода — Саней и Михалычем — взяли отпуска и рванули дикарями в Крым. Разбили лагерь у подножия Демерджи, в Долине Привидений. Место там и без того жутковатое: каменные столбы, похожие на идолов, и туманы, которые спускаются с гор так быстро, что не успеваешь моргнуть.
Вечером мы сидели у костра. Пили дешевый портвейн, пели под гитару Визбора. Вдруг в кустах кизила метрах в десяти от нас раздался громкий треск.
Михалыч, мужик тертый, бывший десантник, схватил тяжелую ветку и фонарик.
— Кабан, что ли? А ну, шуганем!
Мы двинулись на звук. Михалыч раздвинул кусты, посветил фонариком, и свет выхватил нечто, от чего у меня на затылке зашевелились волосы.
На земле, сжавшись в комок и закрывая лицо руками от яркого света, сидел ребенок. На вид лет семи-восьми. Только кожи у него не было. Вместо нее тускло поблескивала мелкая, серо-зеленая чешуя, как у змеи перед линькой. На спине вдоль позвоночника шел небольшой гребень. Ни одежды, ни волос.
Саня попятился, споткнулся о корень и с матом рухнул в траву.
— Михалыч… это кто? Чупакабра? Мутант? Ловим! — заикаясь, выдавил он.
Существо убрало руки от лица. У него были огромные, желтые глаза с вертикальными зрачками. Но взгляд… Взгляд был абсолютно человеческим. Затравленным, полным ужаса.
— Не бейте, — вдруг сказало оно. Голос был странным, шелестящим, будто сухие листья трутся друг о друга. Слова звучали с запинками, но по-русски. — Пожалуйста. Светит больно.
Михалыч медленно опустил фонарик в землю. Ветка выпала из его рук. Вся наша советская материалистическая картина мира рухнула в одну секунду.
Мы привели его к костру. Накинули на дрожащие чешуйчатые плечи Санину брезентовую штормовку. Существо вцепилось в нее узкими пальцами с небольшими перепонками.
— Ты… ты откуда, чудо-юдо? — хрипло спросил Михалыч, наливая дрожащими руками чай в железную кружку. — С Марса прилетел? Тарелка где?
Мальчик-ящер обхватил кружку, жадно глотнул и закашлялся.
— Не с Марса, — прошелестел он. — Я местный. Крымский. Только я провалился. В туманную дыру.
— В какую еще дыру? — я присел рядом на корточки, стараясь не делать резких движений.
— В разлом, — ответил он, не мигая глядя на огонь. — Мы живем глубоко в пещерах. Наверх выходим редко. Там сейчас слишком жарко. Воды почти нет. Солнце сжигает всё.
— Подожди, — Саня достал папиросу, но так и не прикурил. — В каком смысле жарко? Какой год сейчас у вас?
Ребенок повернул к нам свою странную голову.
— Год? Мы не считаем, как вы. Но по вашим старым книгам из мертвых городов… Наверное, прошло около ста тысяч лет.
Над лагерем повисла мертвая тишина. Слышно было только, как трещат дрова.
— Ты хочешь сказать, что ты из будущего? — тихо спросил я. — И вы, вот такие… захватили Землю? А люди где? Вы нас уничтожили?
Мальчик издал странный звук — не то кашель, не то смешок.
— Вы сами себя уничтожили. Вы отравили воздух, вырубили деревья, нагрели океаны. Чтобы выжить на новой Земле, пришлось меняться. Мои предки — это ваши внуки. Мы просто эволюционировали. Кожа стала такой, чтобы удерживать влагу и не сгорать от радиации. Глаза — чтобы видеть в пещерах. Мои...ваши предки...специально сделались такими, чтобы выжить.
Он протянул руку и взял открытую банку тушенки. Начал есть прямо пальцами.
— Людей, таких как вы, — мягких, без чешуи — почти не осталось, — жуя, продолжил он. — Они живут в резервациях, под куполами. Очень больные. А мы… мы приспособились. Мы не пришельцы, дяди. Я ваш праправнук. И я хорошо знаю историю вашего мира.
У меня ком встал в горле. Мы сидели, трое здоровых мужиков, смотрели на этого чешуйчатого ребенка, и вместо страха перед неведомым монстром я чувствовал только невыносимую, давящую тоску.
Саня вдруг встрепенулся:
— Слушайте, надо его в Симферополь. В КГБ или к ученым. Это же сенсация! Это же спасение для всех! Он им расскажет, и мы предотвратим катастрофу!
Ребенок замер. Желтые глаза наполнились влагой.
— Не надо к ученым. Они меня разрежут. А будущее вы не измените. Вы уже запустили процесс. Пожалуйста… мне надо обратно. Разлом скоро закроется. Мама там плачет, наверное.
Слово «мама», сказанное этим шелестящим, нечеловеческим голосом, пробило нас насквозь.
Михалыч, который прошел Вьетнам инструктором, молча встал, подошел к Сане и тяжело положил руку ему на плечо.
— Никакого КГБ. Слышал? Мы никого не видели.
Он повернулся к мальчику.
— Где твоя дыра, малец? Иди с миром.
Мы шли сквозь густой, как молоко, туман минут двадцать. Ребенок уверенно вел нас к скалам. В одном месте воздух действительно словно дрожал, искажая силуэты камней, как над раскаленным асфальтом. Оттуда тянуло запахом озона и сухой, горячей пыли.
Мальчик сбросил штормовку на камни. Повернулся к нам.
— Спасибо вам.
— Слушай, — я шагнул к нему, — а вы там… ну, в будущем… вы счастливы?
Он склонил голову набок, будто вспоминая значение этого слова.
— Мы живем. Мы любим своих детей. И мы бережем то, что осталось от Земли. Прощайте.
Он шагнул в дрожащее марево, и оно сомкнулось за ним с тихим хлопком. Туман сразу рассеялся. Остались только холодные скалы и брошенная брезентовая куртка.
Мы вернулись к костру, допили портвейн и молча легли спать. Утром никто из нас не проронил ни слова о ночном происшествии. Договорились забыть.
С тех пор прошло сорок пять лет. Михалыча уже нет в живых, Саня уехал за границу и мы потеряли связь. А я каждый вечер смотрю новости. Смотрю на лесные пожары, на тающие ледники, на высохшие реки, на то, как солнце становится всё злее.
Люди ищут рептилоидов среди политиков и банкиров. Боятся вторжения из космоса.
А я знаю правду. Вторжения не будет. Природа просто переделает нас под новый мир, который мы сами же и испортили. И где-то там, через сто тысяч лет, наши далекие чешуйчатые потомки будут прятаться в пещерах от палящего солнца и рассказывать легенды о странных, мягкотелых предках из потерянного Рая.
Вот такая история.
С просторов.
Tue, 21 Jul 2026 19:04:09 +0300
Основано на реальных событиях.
Мой внук обожает смотреть на YouTube ролики про рептилоидов. Знаете, эти теории заговора о том, что миром правят пришельцы-ящеры, маскирующиеся под политиков. Внук смеется, считает это забавной фантастикой.
А я не смеюсь. Потому что я видел одного из них. И он не правил миром. Он плакал от страха, сидел на корточках у нашего костра и ел тушенку прямо из банки.
Был конец августа 1979 года. Мы с мужиками с нашего завода — Саней и Михалычем — взяли отпуска и рванули дикарями в Крым. Разбили лагерь у подножия Демерджи, в Долине Привидений. Место там и без того жутковатое: каменные столбы, похожие на идолов, и туманы, которые спускаются с гор так быстро, что не успеваешь моргнуть.
Вечером мы сидели у костра. Пили дешевый портвейн, пели под гитару Визбора. Вдруг в кустах кизила метрах в десяти от нас раздался громкий треск.
Михалыч, мужик тертый, бывший десантник, схватил тяжелую ветку и фонарик.
— Кабан, что ли? А ну, шуганем!
Мы двинулись на звук. Михалыч раздвинул кусты, посветил фонариком, и свет выхватил нечто, от чего у меня на затылке зашевелились волосы.
На земле, сжавшись в комок и закрывая лицо руками от яркого света, сидел ребенок. На вид лет семи-восьми. Только кожи у него не было. Вместо нее тускло поблескивала мелкая, серо-зеленая чешуя, как у змеи перед линькой. На спине вдоль позвоночника шел небольшой гребень. Ни одежды, ни волос.
Саня попятился, споткнулся о корень и с матом рухнул в траву.
— Михалыч… это кто? Чупакабра? Мутант? Ловим! — заикаясь, выдавил он.
Существо убрало руки от лица. У него были огромные, желтые глаза с вертикальными зрачками. Но взгляд… Взгляд был абсолютно человеческим. Затравленным, полным ужаса.
— Не бейте, — вдруг сказало оно. Голос был странным, шелестящим, будто сухие листья трутся друг о друга. Слова звучали с запинками, но по-русски. — Пожалуйста. Светит больно.
Михалыч медленно опустил фонарик в землю. Ветка выпала из его рук. Вся наша советская материалистическая картина мира рухнула в одну секунду.
Мы привели его к костру. Накинули на дрожащие чешуйчатые плечи Санину брезентовую штормовку. Существо вцепилось в нее узкими пальцами с небольшими перепонками.
— Ты… ты откуда, чудо-юдо? — хрипло спросил Михалыч, наливая дрожащими руками чай в железную кружку. — С Марса прилетел? Тарелка где?
Мальчик-ящер обхватил кружку, жадно глотнул и закашлялся.
— Не с Марса, — прошелестел он. — Я местный. Крымский. Только я провалился. В туманную дыру.
— В какую еще дыру? — я присел рядом на корточки, стараясь не делать резких движений.
— В разлом, — ответил он, не мигая глядя на огонь. — Мы живем глубоко в пещерах. Наверх выходим редко. Там сейчас слишком жарко. Воды почти нет. Солнце сжигает всё.
— Подожди, — Саня достал папиросу, но так и не прикурил. — В каком смысле жарко? Какой год сейчас у вас?
Ребенок повернул к нам свою странную голову.
— Год? Мы не считаем, как вы. Но по вашим старым книгам из мертвых городов… Наверное, прошло около ста тысяч лет.
Над лагерем повисла мертвая тишина. Слышно было только, как трещат дрова.
— Ты хочешь сказать, что ты из будущего? — тихо спросил я. — И вы, вот такие… захватили Землю? А люди где? Вы нас уничтожили?
Мальчик издал странный звук — не то кашель, не то смешок.
— Вы сами себя уничтожили. Вы отравили воздух, вырубили деревья, нагрели океаны. Чтобы выжить на новой Земле, пришлось меняться. Мои предки — это ваши внуки. Мы просто эволюционировали. Кожа стала такой, чтобы удерживать влагу и не сгорать от радиации. Глаза — чтобы видеть в пещерах. Мои...ваши предки...специально сделались такими, чтобы выжить.
Он протянул руку и взял открытую банку тушенки. Начал есть прямо пальцами.
— Людей, таких как вы, — мягких, без чешуи — почти не осталось, — жуя, продолжил он. — Они живут в резервациях, под куполами. Очень больные. А мы… мы приспособились. Мы не пришельцы, дяди. Я ваш праправнук. И я хорошо знаю историю вашего мира.
У меня ком встал в горле. Мы сидели, трое здоровых мужиков, смотрели на этого чешуйчатого ребенка, и вместо страха перед неведомым монстром я чувствовал только невыносимую, давящую тоску.
Саня вдруг встрепенулся:
— Слушайте, надо его в Симферополь. В КГБ или к ученым. Это же сенсация! Это же спасение для всех! Он им расскажет, и мы предотвратим катастрофу!
Ребенок замер. Желтые глаза наполнились влагой.
— Не надо к ученым. Они меня разрежут. А будущее вы не измените. Вы уже запустили процесс. Пожалуйста… мне надо обратно. Разлом скоро закроется. Мама там плачет, наверное.
Слово «мама», сказанное этим шелестящим, нечеловеческим голосом, пробило нас насквозь.
Михалыч, который прошел Вьетнам инструктором, молча встал, подошел к Сане и тяжело положил руку ему на плечо.
— Никакого КГБ. Слышал? Мы никого не видели.
Он повернулся к мальчику.
— Где твоя дыра, малец? Иди с миром.
Мы шли сквозь густой, как молоко, туман минут двадцать. Ребенок уверенно вел нас к скалам. В одном месте воздух действительно словно дрожал, искажая силуэты камней, как над раскаленным асфальтом. Оттуда тянуло запахом озона и сухой, горячей пыли.
Мальчик сбросил штормовку на камни. Повернулся к нам.
— Спасибо вам.
— Слушай, — я шагнул к нему, — а вы там… ну, в будущем… вы счастливы?
Он склонил голову набок, будто вспоминая значение этого слова.
— Мы живем. Мы любим своих детей. И мы бережем то, что осталось от Земли. Прощайте.
Он шагнул в дрожащее марево, и оно сомкнулось за ним с тихим хлопком. Туман сразу рассеялся. Остались только холодные скалы и брошенная брезентовая куртка.
Мы вернулись к костру, допили портвейн и молча легли спать. Утром никто из нас не проронил ни слова о ночном происшествии. Договорились забыть.
С тех пор прошло сорок пять лет. Михалыча уже нет в живых, Саня уехал за границу и мы потеряли связь. А я каждый вечер смотрю новости. Смотрю на лесные пожары, на тающие ледники, на высохшие реки, на то, как солнце становится всё злее.
Люди ищут рептилоидов среди политиков и банкиров. Боятся вторжения из космоса.
А я знаю правду. Вторжения не будет. Природа просто переделает нас под новый мир, который мы сами же и испортили. И где-то там, через сто тысяч лет, наши далекие чешуйчатые потомки будут прятаться в пещерах от палящего солнца и рассказывать легенды о странных, мягкотелых предках из потерянного Рая.
Вот такая история.
С просторов.
США медведь залез на электрический столб, потому что ему... так захотелось
Wed, 22 Jul 2026 17:12:42 +0300
Мужчина, который проезжал мимо, позвонил в 911 и попробовал объяснить ситуацию, но диспетчеры уже были в курсе.
Wed, 22 Jul 2026 17:12:42 +0300
Мужчина, который проезжал мимо, позвонил в 911 и попробовал объяснить ситуацию, но диспетчеры уже были в курсе.
Сапы
Wed, 22 Jul 2026 11:55:15 +0300
Вчера катались на сапах компанией. Среди нас была была очень бодрая девочка. Пять лет.
Она плыла с мамой на сапе и всех подбадривала.
Типа:
– Гребите быстрее! Уснёте!
Когда возвращались, моя жена отстала. Мы на берегу укладывали сапы.
Бодрая девочка кричала:
– Чья жена? На реке жена? Почему никто не плывёт за женой?
– Моя. Сил нет. - грустно ответил я.
– Как жениться, так силы были?!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
Wed, 22 Jul 2026 11:55:15 +0300
Вчера катались на сапах компанией. Среди нас была была очень бодрая девочка. Пять лет.
Она плыла с мамой на сапе и всех подбадривала.
Типа:
– Гребите быстрее! Уснёте!
Когда возвращались, моя жена отстала. Мы на берегу укладывали сапы.
Бодрая девочка кричала:
– Чья жена? На реке жена? Почему никто не плывёт за женой?
– Моя. Сил нет. - грустно ответил я.
– Как жениться, так силы были?!